АБВ
911pesni
  • А
  • Б
  • В
  • Г
  • Д
  • Е
  • Ж
  • З
  • И
  • К
  • Л
  • М
  • Н
  • О
  • П
  • Р
  • С
  • Т
  • У
  • Ф
  • Х
  • Ц
  • Ч
  • Ш
  • Э
  • Ю
  • Я
  • A
  • B
  • C
  • D
  • E
  • F
  • G
  • H
  • I
  • J
  • K
  • L
  • M
  • N
  • O
  • P
  • Q
  • R
  • S
  • T
  • U
  • V
  • W
  • X
  • Y
  • Z
  • #
  • Текст песни Эхо Москвы, Наука в фокусе - Валерий Рубаков, 28.08.2015, Перезапуск коллайдера

    Исполнитель: Эхо Москвы, Наука в фокусе
    Название песни: Валерий Рубаков, 28.08.2015, Перезапуск коллайдера
    Дата добавления: 03.06.2018 | 09:15:17
    Просмотров: 4
    0 чел. считают текст песни верным
    0 чел. считают текст песни неверным
    Здесь расположен текст песни Эхо Москвы, Наука в фокусе - Валерий Рубаков, 28.08.2015, Перезапуск коллайдера, перевод и видео.
    В Москве 16:35. У микрофона по-прежнему Наргиз Асадова и Егор Быковский, заведующий отделом науки журнала «Вокруг света». Егор, мы давно с тобой не говорили про Большой адронный коллайдер. Как он там поживает?

    Е. Быковский
    ― Давно. Он как-то вообще выпал за последний год из медиапространства, что понятно, потому что он был на реконструкции. Там производились работы. И журналисты о нём перестали писать и говорить. Но, друзья мои, в июне этого года его снова запустили. В нём началась работа активно, уже два месяца. Я напомню, что Большой адронный коллайдер – это такой ускоритель частиц и сталкиватель их, коллайдер (отсюда слово «коллизия»). Он построен на границе Швейцарии и Франции рядом с Женевой, является частью ЦЕРН, Европейского центра ядерных исследований. И там работает ещё и Россия и США тоже.

    Н. Асадова
    ― Выглядит это как большая подземная труба.

    Е. Быковский
    ― Гигантский бублик, который проходит под границей. Там было совершено большое количество существенных открытий, в том числе был открыт всем известный бозон Хиггса в 2012 году, так называемая божественная частица, которая заполнила последнюю зияющую пустоту в физической Стандартной модели.

    Но эта самая Стандартная модель, которая сейчас принята практически всеми физиками так или иначе, она не объясняет ряд важных явлений. Скажем, неизвестны частицы, которые переносят гравитационное взаимодействие (гравитон), непонятно происхождение тёмной материи, тёмной энергии. В общем, есть ещё масса всяких вопросов. Поэтому физики ищут на коллайдере новые частицы, которые могут оказаться переносчиками новых взаимодействий. И мы узнаем много нового интересного про строение мира.

    Там сейчас сильно нарощена мощность до 13 ТэВ вместо 7. Поэтому мы надеемся на новые открытия. Но какие это будут открытия, я вам не скажу, потому что я не физик. И для этого мы обратились к академику Рубакову Валерию Анатольевичу, главному научному сотруднику отдела теорфизики и ядерных исследований РАН.

    Н. Асадова
    ― Да. Егор специально к нашей передаче записал интервью. Давайте послушаем.

    Е. Быковский
    ― В июне снова заработал Большой адронный коллайдер. И нам бы хотелось понимать, какие цели сейчас преследуют исследователи, на нём работающие, в связи с тем, что, наверное, в физике элементарных частиц и вообще в фундаментальной физике остались ещё какие-то нерешённые вопросы. Часть из них он должен, видимо, решить. Какие это вопросы, и как он будет их решать, в течение какого времени что нам ожидать?

    В. Рубаков
    ― Вы знаете, есть два круга вопросов. Один круг вопросов связан с неудовлетворённостью существующей теории элементарных частиц, так называемой Стандартной моделью. В ней есть не то чтобы проблемы, но внутренние не противоречия даже, а есть некоторый дискомфорт. Она выглядит крайне искусственной. И вполне можно ожидать, и есть теоретические соображения на эту тему, что эта Стандартная модель должна быть дополнена, включена в более общую, в более красивую, наверное, и в более правдоподобную теорию. Новую теорию поля, конечно, это всё теории поля. Но в некоторую более естественную схему.

    Соображения, основанные на фактически размерностях, приводят к тому, что характерным масштабом энергий этой новой теории, если всё правильно теоретики думают, должен как раз служить Тэв или пара Тэв. Это та область энергий, которая доступна изучению на Большом адронном коллайдере. Теперь что именно происходит на этом масштабе? Сколько теоретиков, столько и мнений.

    Сейчас ситуация очень интересная в физике элементарных частиц. Эра предсказуемых открытий была последние лет 30, если не больше, может быть, 40. А сейчас все надеются на открытия, но они не очень-то предсказуемые.

    Е. Быковский
    ― Я как раз про это и спрашивал, потому что бозон Хиггса был предсказан. А что предсказано сейчас? Или ничего?

    В. Рубаков
    ― Теоретики предсказывают много всего. Один теоретик предсказывает одно, другой теоретик предсказывает другое. Есть, например, идея о так называемой суперсимметрии. Это широкая симметрия, которая приводит к существованию совершенно нового класса элементарных частиц. Правильная это идея или неправильная? Неизвестно. Есть идея о том, что элементарные частицы, по крайней мере некоторые из них, на самом деле не являются элементарными, а являются составными в некотором смысле. То есть они сделаны из более мелких кирпичиков. Тоже правильно или нет, никто не знает. Есть много разных других соображений вплоть до очень экзотических о том, что наше пространство вовсе даже не трёхмерное, а в нём больше измерений. Мы их пока не увидели. И так далее.

    Есть много на эту тему мыслей, предсказаний. Что из них подтвердится – сказать трудно. А, может быть, появятся новые открытия, которые будут совершенно не укладываться ни в какие теоретические предложенные схемы. Надо будет придумывать к ним объяснения, придумывать новую теоретическую схему.

    Е. Быковский
    ― А всё-таки если сказать немного конкретней о тех недоговорённостях, непонятностях, которые есть ?6?
    In Moscow, 16:35. Nargiz Asadova and Yegor Bykovsky, head of the science department of the Vokrug Sveta magazine, are still at the microphone. Yegor, we haven’t talked to you about the Large Hadron Collider for a long time. How is he doing there?

    E. Bykovsky
    - It's a long time. He somehow fell out of the media over the last year, which is understandable, because he was under reconstruction. Work was done there. And journalists stopped writing and talking about him. But, my friends, in June of this year it was launched again. It began work actively, for two months. I remind you that the Large Hadron Collider is such a particle accelerator and a collider, a collider (hence the word "collision"). It is built on the border of Switzerland and France near Geneva, is part of CERN, the European Center for Nuclear Research. And Russia and the United States also work there.

    N. Asadova
    - It looks like a big underground pipe.

    E. Bykovsky
    - Giant bagel, which passes under the border. A large number of significant discoveries were made there, including the well-known Higgs boson in 2012, the so-called divine particle, which filled the last gaping void in the physical Standard Model.

    But this very Standard Model, which is now accepted by almost all physicists one way or another, it does not explain a number of important phenomena. For example, the particles that transfer the gravitational interaction (graviton) are unknown; the origin of dark matter, dark energy is not clear. In general, there are plenty of other questions. Therefore, physicists are looking for new particles at the collider that may be carriers of new interactions. And we will learn many new interesting things about the structure of the world.

    There, power is now greatly increased up to 13 TeV instead of 7. Therefore, we hope for new discoveries. But what kind of discoveries these will be, I will not tell you, because I am not a physicist. And for this, we turned to Academician Rubakov Valery Anatolyevich, Chief Researcher of the Department of Theoretical Physics and Nuclear Research of the Russian Academy of Sciences.

    N. Asadova
    - Yes. Egor recorded an interview specially for our program. Let's listen.

    E. Bykovsky
    - In June, the Large Hadron Collider was again earned. And we would like to understand what goals researchers are currently pursuing, working on it, due to the fact that, probably, in elementary particle physics and in general in fundamental physics there are still some unresolved issues. Some of them he must, apparently, decide. What are these questions, and how will it solve them, for how long, what will we expect?

    V. Rubakov
    - You know, there are two issues. One set of questions is related to dissatisfaction with the existing theory of elementary particles, the so-called Standard Model. There are not so much problems in it, but not even internal contradictions, but there is some discomfort. She looks extremely artificial. And it is quite possible to expect, and there are theoretical considerations on this topic, that this Standard Model should be supplemented, included in a more general, more beautiful, probably, in a more plausible theory. A new field theory, of course, is all field theories. But in some more natural scheme.

    Considerations based on actual dimensions lead to the fact that theorists think that everything should be Tev or TeV pair as the characteristic energy scale of this new theory. This is the area of ​​energies that is available to study at the Large Hadron Collider. Now what exactly is happening on this scale? How many theorists, so many opinions.

    Now the situation is very interesting in elementary particle physics. The era of predictable discoveries was the last 30 years, if not more, maybe 40. And now everyone hopes for discoveries, but they are not very predictable.

    E. Bykovsky
    “I asked about that, because the Higgs boson was predicted.” And what is predicted now? Or nothing?

    V. Rubakov
    - Theorists predict a lot of things. One theorist predicts one thing, another theorist predicts another. There is, for example, the idea of ​​so-called supersymmetry. This is a broad symmetry, which leads to the existence of a completely new class of elementary particles. Is this the right idea or the wrong one? Unknown. There is an idea that elementary particles, at least some of them, are not actually elementary, but are composite in a certain sense. That is, they are made of smaller bricks. Too right or not, nobody knows. There are many different other considerations, even very exotic ones, that our space is not even three-dimensional at all, but it has more dimensions. We have not seen them yet. And so on.

    There are many thoughts on this subject, predictions. It is hard to say which of them will be confirmed. And, maybe, there will be new discoveries that will absolutely not fit into any theoretical proposed schemes. It will be necessary to invent explanations for them, to invent a new theoretical scheme.

    E. Bykovsky
    - But still, if we say a little more specifically about those lack of understanding, incomprehensibility, which

    Скачать

    О чем песня Эхо Москвы, Наука в фокусе - Валерий Рубаков, 28.08.2015, Перезапуск коллайдера?

    Отправить
    Верный ли текст песни?
    ДаНет