Текст песни Metox - Лойко Зобар
Просмотров: 1
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
0 чел. считают текст песни верным
0 чел. считают текст песни неверным
Здесь расположен текст песни Metox - Лойко Зобар, перевод и видео.
- И в этом мне не убедить медперсонал.
Я выкинул эти лекарства , проклял бутафорский сахар
Администрация - побег, и чемодан - вокзал.
Руки советских зеков - шпальная решётка шрамов.
По ней локомотивом я несусь на переправу
Где волшебным табором мы разжигаем костры
Сердца наполнены , а в головах пустынно
Но черти все ближе по пятам , шушукавшись застынут
Обратив вниманье на посты , и прочий стыд
Заявления, доносы на беспечность Арлекина
Разве ты не знал скорбные маски всем идут?
- Бегом на выдачу бесплатно , в потный стан очередей!
Я признаюсь, что веселей житуха среди нелюдей
Разрушать общественный порядок хитрыми насмешками
потом опять они сука поймают нас с мешками
Потому писал текста латининицей в строчку и без пробелов
Скрючившись к лампадке на 1/3 колена
Чтоб мусара при обыске не слали в изолятор
А свои не думали что там доносы оперятам
В транзитной камере подвала лёд был от пола до крана
Нету окон и вода там замороженной стояла
На раскрытой белой упаковке Сормовских печений
карандашом я пишу строфы изречений
Когда в месяц продан килограмм я на успокоительных
Пиздел о том, что щас карьерный рост своим родителям
И пряча свертки по кустам опять из новых партий
Я не секунды не переставал че то писать
Какая я б паранойя не была , я бы не кончил банчить
Только тюрьма мне помогла это видеть иначе
Я слагаю панчи , на каком бы не был дне
Это опора, что единственна , - такая же как смерть
Вы втираете мне за несправедливый строй и голод
Просто верил в своё дело среди трупов среди шконок
Если даже хвосты сзади - фокус только наперед
Как бы не было ща плохо, - это тоже все пройдёт
Ты сказал мне что неправильно расставленный график -
Заставляет огрызаться на бесчувственность начальства
И как можно думать тут о деле? Музыкальном стаффе?-
Когда закрыть кредит надо хотя бы попытаться
А Мне кричали, что зарежут - я все равно продавал
Предьявляли за куплеты - но я все равно писал
Ведь у нас один финал, имеет разницу лишь вот что:
Ты пришёл туда как хуеплёт или все же боролся
Вспоминаю как родителям пришлось продать квартиру
Мне работать за копейки отдавать все конвоирам
Но я верил то что солнце обязательно восходит
Пальцы грел от холода, писал в подземном переходе
А Щас трахаю сук потом опять сливаюсь мерзко
Ведь знаю то что чувства помешают интересам
Но вдруг пролетает ласточка, кружа в лазурном платье
Одна встреча , вторая, обездвижен от объятий
Уже не так и пишется, че? вот так вот просто?
Кто тут пиздел весь трек, что его хуй сломаешь
Легко бороться когда зек , барыга иль подросток
Но пред любовью ты есть ты, и с ней не поиграешь
Все становится неважным - это дар или проклятье
Тепло приобрести но свободу потерять
Это сложнее чем базары вывозить в тюрьме на хате
И почему то это мне всегда мешает сочинять
Вальсируя на струнах романтичного нутра
В сердце вонзается клинок, в глаза впиваются глаза
Вальсируя на струнах романтичного нутра
В сердце вонзается клинок, в глаза впиваются глаза
в глаза впиваются глаза
в глаза впиваются глаза
в глаза впиваются глаза
романтичного нутра
Макар Чудра:
Мы и догадаться еще не успели, что хочет делать Зобар,
а уж Радда лежала на земле, и в груди у нее по рукоять торчал кривой нож Зобара.
Оцепенели мы.
А Радда вырвала нож, бросила его в сторону и, зажав рану прядью своих черных волос,
улыбаясь, сказала громко и внятно:
— Прощай, Лойко! я знала, что ты так сделаешь!..— да и умерла...
Reality is a belated dream, woven from forgotten fear.
—And of this, I cannot convince the medical staff.
I threw out those medicines; I cursed that sham sugar.
The administration means escape—a suitcase, a train station.
The hands of Soviet convicts are a lattice of scars, like railroad ties.
Along them, like a locomotive, I rush toward the crossing,
Where, like a magical encampment, we kindle our fires.
Our hearts are full, though our minds remain a desert.
But the devils draw ever closer at our heels; whispering, they freeze in place,
Fixing their gaze upon the watch-posts and all such shame—
The official statements, the denunciations of Harlequin’s heedlessness.
Did you not know that masks of sorrow suit everyone?
—Run! Run to the free distribution line—into that sweaty throng of queues! I admit, life is livelier among the outcasts—
Shattering the social order with cunning mockery.
Then, inevitably—the bastards—they’d catch us again, sacks in hand.
That’s why I wrote my lyrics in Latin script, in a single unbroken line with no spaces—
Huddled over a small oil lamp, kneeling low to the floor.
So the cops, during a shakedown, wouldn't ship me off to solitary,
And my own crew wouldn't suspect I was snitching to the detectives.
In the basement’s transit cell, ice coated everything from floor to faucet;
There were no windows, and the water in the pipes stood frozen solid.
On the opened white wrapper of some Sormovo cookies,
I’d use a pencil to scribble down my verses and aphorisms.
When I’d only moved a kilo in a whole month, I’d be popping tranquilizers,
Spinning bullshit to my parents about my "career growth."
And while stashing new batches of packets in the bushes,
Not for a single second did I ever stop writing something down.
No matter how deep my paranoia ran, I never would have quit dealing—
Only prison helped me see things in a different light.
I keep crafting my rhymes, no matter how low I’ve sunk—
It is my sole support, the only constant—much like death itself.
You guys preach to me about an unjust system and starvation,
But I simply believed in my trade—surrounded by corpses and prison bunks.
Even with tails on my heels, my focus remained strictly forward;
No matter how bad things are right now—this, too, shall pass.
You told me that a poorly scheduled shift—
Forces you to snap back at the callousness of your bosses.
And how on earth is one supposed to focus on the work? In the music game?
When you’ve got a debt to pay off, you have to at least give it a shot.
They screamed they’d gut me—but I kept on selling anyway.
They challenged me over my verses—but I kept on writing anyway.
After all, we all share the same ending; the only difference is this:
Did you arrive there like a worthless prick, or did you actually put up a fight?
I remember how my parents had to sell their apartment,
And I had to work for pennies, handing every cent over to the guards.
But I believed that the sun is bound to rise again;
I’d warm my freezing fingers and write right there in the underpass.
But now? I bang bitches, then make a nasty exit once again—
'Cause I know that feelings only get in the way of my self-interest.
But then, suddenly, a swallow flies by, circling in a dress of azure blue.
One meeting... then a second... and I’m left paralyzed by her embrace.
The writing doesn't flow the same anymore—what the hell? Just like that?
Who was the one talking all that shit the whole track through—claiming he could never be broken?
It’s easy to fight when you’re a con, a dealer, or just a kid;
But in the face of love, you’re just *you*—and you can’t play games with that.
Everything else becomes irrelevant—is it a gift, or is it a curse?
To gain that warmth... only to lose your freedom?
That’s harder than holding your own in a prison cell debate.
And for some reason, it always gets in the way of my writing.
Waltzing upon the strings of a romantic soul...
A blade plunges into the heart; eyes lock deep into eyes.
Waltzing upon the strings of a romantic soul...
A blade plunges into the heart; eyes lock deep into eyes.
Eyes lock deep into eyes...
Eyes lock deep into eyes...
Eyes lock deep into eyes...
...of a romantic soul.
Makar Chudra:
We hadn't even had time to guess what Zobar intended to do,
When suddenly, Rada lay upon the ground—and from her chest, buried up to the hilt, jutted Zobar's curved knife.
We stood there, frozen in shock. And Radda tore out the knife, cast it aside, and—pressing a lock of her black hair against the wound—
smiling, said loudly and clearly:
“Farewell, Loyko! I knew you would do this!”—and died...
Скачать
Контакты
Контакты